Мартин Бубер — еврейский философ и религиозный мыслитель, один из создателей «философии диалога» XX века. Его центральная книга «Я и Ты» (1923) стала событием в европейской мысли: короткая, поэтически написанная работа изменила словарь, которым люди говорят об отношениях, любви, вере.
Биография
Мартин Бубер родился 8 февраля 1878 года в Вене. После развода родителей с трёх до тринадцати лет жил у деда Шломо Бубера во Львове — известного исследователя мидрашей. Это детство среди еврейских книг определило всю его жизнь. Учился в Вене, Лейпциге, Берлине, Цюрихе. С 1900-х — активист сионистского движения, редактор журнала «Дер Юде».
С 1904 года серьёзно изучает хасидизм — мистическое движение восточноевропейского еврейства XVIII века. Собирает и пересказывает хасидские истории (многотомное собрание). Это не только научная работа, но и источник его философии: в простых рассказах о цадиках Бубер видит модель «встречи».
В 1923 году выходит «Я и Ты». С 1924 года — профессор в Франкфурте. В 1933-м, после прихода Гитлера, уходит с кафедры и до 1938-го руководит Еврейским образовательным центром в Германии — сопротивляется нацистской идеологии через обучение. В 1938-м эмигрирует в Палестину, становится профессором Еврейского университета в Иерусалиме. Умер 13 июня 1965 года в Иерусалиме.
«Я и Ты»
Центральная книга (о ней — отдельная статья). Кратко: есть два базовых отношения человека к миру — «Я-Оно» и «Я-Ты».
- Я-Оно — отношение использования. Другой становится объектом: средством, инструментом, ролью. Так мы взаимодействуем с вещами, данными, иногда, увы, и с людьми.
- Я-Ты — отношение встречи. Другой признаётся целым, неисчерпаемым, присутствующим. Это редкое, недолгое, но самое настоящее состояние.
В жизни большинство времени мы в «Я-Оно». Но человеком нас делают моменты «Я-Ты». Бог у Бубера — «вечное Ты», которое невозможно превратить в «Оно»; к нему обращаются только в диалоге.
Хасидизм
Второй большой проект Бубера — собрание и пересказ хасидских притч. Для европейского читателя это был целый мир: простые крестьянские евреи XVIII века с их рабби-чудотворцами, танцами, пением. Бубер извлёк оттуда модель религии как встречи, а не как исполнения закона. Это вызвало спор с другим великим знатоком еврейской мистики — Гершомом Шолемом, который считал, что Бубер «романтизирует» и искажает реальный хасидизм. Спор Бубер–Шолем — один из важнейших в иудаизме XX века.
Политика и этика диалога
Бубер, будучи убеждённым сионистом, всю жизнь выступал за бинациональное еврейско-арабское государство в Палестине — в отличие от большинства соратников. Он считал: после того, что философия диалога говорит о «Я-Ты», невозможно строить государство на отказе слышать другого. Его позиция была непопулярна, но честна.
Связь с экзистенциализмом
Бубер обычно относят к «религиозному экзистенциализму» вместе с Кьеркегором, Тиллихом, Марселем. Ядро общее: человек определяется не разумом, а отношением, выбором, встречей. Но Бубер отличается тем, что кладёт в центр именно диалог — не одинокое «бытие-к-смерти» по Хайдеггеру и не «другой как ад» по Сартру, а встречу двух, в которой впервые возникает настоящее «Я».
Значение
Философия диалога Бубера стала общим языком XX века. Эммануэль Левинас строил свою «этику другого» в прямом разговоре с Бубером. Ролло Мэй и Карл Роджерс опирались на «Я-Ты» в психотерапии. В религиозном диалоге — иудейско-христианском, межконфессиональном — Бубер стал одним из символов «встречи». «Подлинная жизнь — это встреча» — эта фраза из «Я и Ты» ушла в обиход мировой культуры.